Из истории городового казачества

Печать

В результате окончательной централизации Российского государства и выхода его на международную арену, перед Москвой встал вопрос охраны своих увеличившихся границ. Пограничные города и крепости надлежало населить регулярным войском, готовым эффективно нести гарнизонную службу. В этих целях Московское государство в XV - XVI вв. направляло в приграничные районы стрелецкие полки. Но их обучение, содержание и вооружение требовали значительных средств, которыми не располагала государева казна. В этих условиях Московское правительство все чаще стало привлекать к службе казачество. Эта «широкая, разгульная замашка русской природы», как писал о ней Н.В. Гоголь,  к началу XVI в. уже представляла значительную военную и политическую силу на пограничных рубежах государства. Зная смелость и высокую боеспособность казаков, московское правительство использовало всевозможные средства, чтобы привлечь вольное казачество на постоянную государеву службу.

В истории формирования и развития городового казачества можно выделить несколько этапов. Первоначально казачество привлекалось к гарнизонной службе на южных и юго-восточных рубежах. В обязанность казаков входило «постоянно быть на службе, ездить в степи, смотреть за движением татар по известным дорогам, называемым шляхами и сакмами, перехватывать языков и доставлять вести воеводам и государю, а в случае нечаянного набега ордынцев защищать украинские города» . За службу казаки получали землю (в первую очередь те, кто поступил на службу со своим конем), освобождались от всех повинностей и награждались денежным жалованием. В XVI в. Донское и Уральское казачества все чаще стали привлекаться к гарнизонной службе ряда других городов. По приказу казачьи сотни со своими атаманами и боевым снаряжением направлялись в пограничные крепости Московского государства, обживались там и выделяли из своего состава людей в полковую и станинную службу. Так образовывалось новое воинское сословие - городовые казаки.

Служба городовых казаков носила сугубо регулярный характер и полностью регламентировалась Уставом станичной строевой службы, составленным князем Воротынским и принятым в 1571 г.  Законодательное оформление службы городового казачества отличало его от вольных казаков Дона, Урала, Запорожья и привязывало его к общегосударственным интересам Руси. Первое письменное упоминание о городовых казаках относится к 1502 г., когда Великий князь Московский Иван III приказывал Рязанской княгине Агрипине: «Твоим служилым людям и городовым казакам быть всем на моей службе, а кто ослушается и пойдёт самодурью на Дон в молодечество, их бы ты, Агрипина, велела казнити». Обыкновенно казаки, несущие гарнизонную службу в городах, назывались именами того города, в котором проживали сами и их члены семей.

В конце XVI в. в целях увеличения численности городового казачества, правительство пересмотрело способы его комплектования. Теперь в городовые казаки стали набирать «вольных охочих людей», готовых нести службу за фиксированное жалование и определенный набор льгот.

Ряды городовых казаков пополнялись представителями различных сословий: вольных землепашцев, безместных стрельцов, посадских людей различных профессий и прочих «гулящих», свободных от тягла (налога). В тоже время в казачьи полки присылались отдельные провинившиеся граждане. Такая система комплектования применялась для всех служилых людей «по прибору», в том числе и в стрелецком войске, и постепенно отделяло городовое казачество от вольных казаков окраинных земель. С момента организации набора в казаки местного населения наступает второй этап в эволюции городового казачества.

К концу XVI в. общая численность городовых казаков в Московском государстве составляла 5 - 6 тыс. человек. По данным исследователей, городовое казачество составляло среди ратных людей Московского государства третью по численности группу, после дворянского ополчения и стрелецкого войска. Все это делало казачество важной социально-политической силой в тех городах, где оно несло свою гарнизонную службу. Порой из числа численно увеличивающегося городового казачества выходили добровольцы в стрелецкие полки и в «опричные» отряды Ивана Грозного.

Управление сотнями городовых казаков было сходным с управлением стрелецкого войска. У казаков, поступавших на службу отрядами (станицами), сохранялись их выборные атаманы. Все казаки подчинялись казацкому голове, который и набирал их на службу. Сам казацкий голова подчинялся городовому воеводе или осадному голове. Чаще всего в состав крупного городского гарнизона входило около 500 казаков (прибор). Прибор делился на сотни, возглавляемые сотниками. Сотни делились на полусотни и десятки. Так, например, Иван Грозный послал 500 донских казаков в Псков для несения городовой службы. Именно эти казачьи сотни положили начало формирующемуся псковскому казачеству и приняли активное участие в обороне города от войск Стефана Батория.

Главным административным органом, занимавшимся управлением делами всего городового казачества в XVI в. был Стрелецкий приказ. В ведение приказа входило: набор и отстранение от службы, выплата денежного жалования, перевод казаков из одного гарнизона в другой. Также стрелецкий приказ назначал начальствующих лиц (голов и сотников) и являлся высшей судебной инстанцией для казаков.

Во время Смуты городовые казаки, также как и вольные казаки Дона, Урала и Запорожья играли важную роль, являясь значительной военной силой в армиях враждующих политических группировок. Большинство городовых казаков поддержало различных самозванцев. Так, в 1608 г. городовые казаки Пскова, сказав псковичам, что выступают из города на разгром польских банд гетмана А.Ю. Лисовского, бесчинствующих на Северо-Западе Руси, вместо этого ушли в Ивангород присягать Дмитрию царевичу, под именем которого скрывался очередной самозванец бывший дьякон Исидор. Действия казаков во время Смуты были абсолютно ситуативными и зависели от обещаний самозванцев, выплачиваемого жалования или военных успехов и соответственно размера боевых трофеев. Сегодня казаки могли присягнуть самозванцу и дружно встать под его знамена, а через некоторое время направить против него же свое оружие. Так, под Псковом в 1608 г. часть казаков, направленных В. Шуйским для борьбы с самозванцем, перешли на сторону антиправительственного Новгорода. Другая часть казаков под командованием атамана Яфима Корсякова, наоборот, защищала Псков от новгородцев. Летописец так описывал эти события: «Казаки бьются отводом с новгородцы верст за 10 до Пскова и с немцы… а чтоб не казаки, во Пскове немцы были». На завершающем этапе Смуты казачество, в том числе и городовое, все чаще стало принимать сторону национально-патриотических сил и сыграло важную роль в освобождении Московского государства от иностранной интервенции. Н.И. Костомаров писал: «Черный народ приставал к Тушинскому вору, он наполнял его казацкие шайки, именем обманщика волновались населенные этим народом посады и волости; этот же сирота-народ давал подмогу и поддержку всем другим ворам той эпохи. Только тогда, когда для него стало известно, что желанная воля таким путем не добывается, когда и поляки, и свои удальцы проучили его, - он опомнился, однако, все-таки… сохранил за собою способность при всяком удобном случае пристать к воровскому знамени».

После завершения Смутного времени и избрания новым государем Михаила Федоровича Романова, правительство продолжило политику привлечения казачества к городовой службе. С другой стороны сами казачьи отряды просили принять их на службу и наградить государевым жалованием. Так, например, Псковская летопись сообщала, что в 1615 г. отряд казаков в Москве бил челом государю с просьбой послать их против шведского короля под Псков. Учитывая сложную ситуацию на Северо-Западе в связи с наступлением войск Густава Адольфа, в Псков был отправлен отряд в 1000 казаков под командованием воеводы Прозоровского. Именно эти казаки совместно со стрельцами успешно защищали Псков от шведских войск и фактически остановили иностранную экспансию на Северо-Западе России. За ратную службу во время обороны города псковские казаки были награждены денежным жалованием и сукном.

В XVII в. городовые казаки не только несли военную службу, но и активно участвовали в социально-экономической жизни города и строительстве его оборонных сооружений. Например, в первой четверти XVII в. казаки приняли участие в восстановлении разрушенной крепости в Великих Луках . В это время городовые казаки приобретают ярко выраженные черты оседлости. В условиях восстановления разоренного Смутой хозяйства у правительства не хватало средств для выплаты денежного жалования всем казакам. Поэтому городовые казаки получали право заниматься торговлей и промыслами, что привязывало их к определенной территории. С этого момента наступает третий этап в истории развития городового казачества. В это время изменился и состав городовых казаков, в числе которых стали преобладать местные уроженцы. С середины XVII в. на государственную службу стали набирать детей и родственников казаков. Таким образом, казачья городовая служба становилась наследственной.

В Смутное время казаки равнодушно относились к пожалованию земель, что было связано с трудностью её обработки. Но в мирное время казачество настойчиво добивалось от правительства закрепления полученных земель за собой. Московское правительство достаточно активно раздавало земли городовым казакам, тем самым, компенсируя разницу в недостаточном денежном жаловании, стремясь разместить военную силу поближе к тем рубежам, охрана которых на нее возлагалась. Этот принцип распределения земель был удобен и самим казакам, так как позволял использовать свои наделы без отрыва от постоянного места службы. По Соборному Уложению 1649 г. казаки освобождались от посадского тягла. Чаще всего земли казакам отводились компактно в черте города с образованием слобод. Казачьи слободы делились на отдельные дворы. Владея землей, казаки имели право строить на ней торговые лавки, бани, мельницы, не  уплачивая налогов в казну. Отдельные казаки в XVII в. обзаводились собственными имениями, полученными в качестве награды за особые заслуги. В конце XVII в.  городовые казаки стали получать за службу земли в разных уездах и использовать их непосредственно в сельскохозяйственных целях.

Проживая в городах и имея льготные условия, казаки занимались ремеслом и торговлей. У многих казаков были свои лавки, бани, торговые ряды, с которых они платили налог в городовую казну.

Имея оружие, доступ к боеприпасам и сплоченную организацию, городовые казаки становились особой социальной прослойкой, способной пойти на открытый конфликт с правящими элитами города. Именно поэтому городовое казачество являлось одной из наиболее активных социальных групп, принимавших участие в многочисленных народных волнениях XVII  Бунташного  века.

С 1630 г. Московское правительство приступило к проведению крупных военных преобразований, в рамках которых было решено создать постоянные солдатские полки из числа добровольцев.

Первоначально правительство намеревалось создать новые полки исключительно из детей боярских, не могущих выполнять полковую службу из-за своего материального положения, и в дополнение к дворянской коннице сформировать дворянскую пехоту нового строя. Но этот шаг в реформировании армии не увенчался успехом, солдатская служба не прельщала детей боярских. В результате, уже с 1631 г. в солдатские полки нового строя стали набирать казаков. Аналогичным образом из числа казаков стали комплектоваться и драгунские полки. Также в 1650-е гг. во время войны с Польшей казаки привлекались к службе в рейтарских полках, до этого считавшихся элитными кавалерийскими частями, в состав которых входили исключительно дворяне и дети боярские. Так, в это время в северо-западных городах три четверти рейтар было укомплектовано из тяглых и приборных служилых людей. После завершения войны правительство вновь вернуло казаков и прочих служилых людей по прибору в солдатские полки . Перевод на службу в полки нового строя не всегда устраивал казаков, так как уравнивал их в жаловании и правах с другими служилыми людьми. В результате нежелания казаков служить в полках нового строя, их вновь переводили на городскую службу.

В XVII в. городовое казачество сыграло важную роль в освоении Урала, Сибири и Дальнего Востока. Порожденное границей, казачество активно осваивало и присоединяло новые земли, строя города и остроги, являвшиеся форпостами Московского государства. В новые сибирские городки, помимо вольных казаков, Московское правительство направляло пленных болотниковцев, разинцев, участников других казачьих смут.  Сибирские казаки составляли немногочисленную, но достаточно боеспособную группу так называемых беломестных казаков - служилых людей, специально поселенных в сибирских слободах и острогах для их военного прикрытия в случае нападения кочевников. Беломестным казакам не полагалось всех видов жалованья, круг их обязанностей был не так широк, но «за службу» они освобождались - «обеливались» от государственных налогов и повинностей и наделялись землей. Организация и управление сибирского городового казачества значительно отличались от системы административного управления делами городовых казаков в центральной России. В сибирских гарнизонах широко практиковалась выборность «начальных людей», которых окончательно утверждала местная или центральная администрация. Сибирские городовые казаки достаточно часто отстаивали собственное мнение в таких принципиально важных для них вопросах, как выбор места для будущего города, целесообразность, сроки, тактику и маршруты военных экспедиций, в которых они принимали участие. Нередки были ситуации, когда во время похода ратные люди собирались, как вольные казаки, для решения «войсковых» проблем «на круг». Более того, в конфликтных ситуациях «войско» могло открыто отказать своему предводителю в подчинении. И не только местная, но и московская администрация порой была вынуждена мириться с таким «самовольством». Служилые люди сибирских гарнизонов имели собственную казну (коробью), которой пользовались с общего ведома и согласия. Казачество само осуществляло разверстку и контроль за очередностью в выполнении особо обременительных служб, имело свое знамя и под ним не только ходило в бой, но и собиралось на общие «советы» для обсуждения текущих дел.

В XVIII в. положение городового казачества резко изменилось. Первоначально Петр I перевел в городовые казаки всех оставшихся после создания регулярной армии стрелецкое войско (около 7000 чел.), а сами казаки были подчинены твердым рамкам государственного управления. Казаки приписывались к военному ведомству, переводились в состав однодворцев и переставали быть свободными. Была упразднена выборность атаманов. На протяжении всего XVIII в. прослеживалась тенденция перевода казаков в крестьянство. Только в 1799 г. вышел указ Павла I о запрещении помещикам закрепощать казаков. С момента петровских преобразований начинается четвертый, последний этап в истории городового казачества, когда оно в результате расширения границ Российской империи теряет свое первоначальное значение. Городовое казачество постепенно нивелируется с местным населением или включается в состав казачьих войск. Однако отдельные городовые казачьи полки продолжали службу на протяжен всего XVIII в.

Отечественная война 1812 г. в значительной мере изменила положение казачества. 18 июля 1812 года, на основании Высочайшего Манифеста о созыве внутреннего ополчения, графом Дмитриевым-Мамоновым сформирован из своих же людей, на собственном иждивении Московский казачий графа Дмитриева-Мамонова полк пяти эскадронного состава. Тогда же сформированы в Санкт-Петербургской губернии казачьи регулярные волонтерские полки . В результате победы над армией Наполеона, в которой значительную роль сыграли казаки, государство изменило свое отношение к казачеству. Само слово «казак» вновь зазвучало гордо и престижно. В 1828 г. была восстановлена выборность станичных атаманов, а в 1845 г. появились станичные правления и станичный суд. А годом ранее  была введена должность Верховного атамана казачьих войск России, на которую стали назначать всех последующих наследников престола.

22 июня 1822 г. было издано Положение о городовых казачьих полках в Сибири. Это были последние городовые казаки, которые потом вошли в состав Сибирского, Семиреченского и Забайкальского казачьих войск. Дольше всех, вплоть до ХХ в., просуществовали Якутский городовой казачий пеший  полк и Камчатская городовая казачья конная команда, которые подчинялись не Военному ведомству, а Министерству внутренних дел и выполняли разнообразные военные и полицейские функции: пограничную службу, сопровождение торговых караванов и чиновников в отдаленные селения, борьба с браконьерами. Общая численность этих военных формирований на начало ХХ в. составляла около 3000 человек. В Первой мировой и Гражданской войне ни Якутский полк, ни Камчатская конная команда участия не принимали. Весной 1917 г. приказом Временного правительства Камчатская городовая казачья конная команда была расформирована. Через три года, общим приказом по Красной армии был официально упразднен и Якутский городовой казачий полк. Приказ 1920 г. окончательно завершил историю городового казачества в России, вписавшего себя красной нитью в славную историю нашего Отечества.

Максим ВАСИЛЬЕВ,
аспирант кафедры русской истории
Псковского государственного
педагогического университета

 
 
 
 
 
 
 
 

Кто  на сайте

Сейчас 84 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Наша  фонотека